Главная  |   О нас  |   Контакты - e-mail: dordopolo@mail.ru  |   Список  |
 

Кружок поэтов и писателей - основатель Вл. Дордополо (118)
сборник произведений членов Кружка - «Альманах № 1» и «Альманах № 2» (0)
История Кружка поэтов и писателей - Литературные встречи (0)
произведения Владимира Дордополо - Vladimir Dordopolo (84)
Биографии участников кружка "Литературные встречи" в Сан-Франциско (27)
биография Вл. Дордополо - Dordopolo (0)
Литературный кружок и его гости (0)
Оценка недвижимых имущества г. Ростова на Дону на 1906 год (0)
Театральная деятельность поэтов и писателей кружка в Сан Франциско (0)
Архив Ангелины - дочери Вл. Дордополо (20)
Странности и Кружок Литературные встречи (0)
Общество русских инженеров в Америке (0)
г. Ростов на Дону (9)
г. Белая Калитва - Усть-Белокалитвенская станица (0)
имение Матвейково и совхоз Марат (8)
список лиц (28)
справочник (44)
забытые имена (0)
статьи - разное (3)
библиотека (0)
фотогалерея (4)

Разделы
О нас
Контакты
Ссылки
О Литфонде
День русского ребенка в Америке Сан-Франциско
воинский призыв в царской России - кого и на сколько брали в армию
Ростовский Академический театр драмы имени М.Горького - г. Ростов на Дону
Русская национальная идея
Европейская национальная идея
книга "Ритмы истории" - Н.Д. Морозов
Кружки и общества - Ю.М. Лотман - Беседы о русской культуре
Белокалитвенская станица
онлайн библиотека
онлайн-переводчик

Новости
2015-12-09
Александр Ильский и Шолохов М. А. - "Тихий Дон" и "Роман-газета"
2015-02-10
Рассказ: "Пятиминутный Станиславский: Из прошлого" - М. Имшенецкая
2014-11-28
Источниками высокоэнергетических нейтрино оказались черные дыры
2013-07-21
Самолёт Можайского и братья Райт
2013-07-03
Астероид - 2003 QQ47
2013-04-04
Древо человечества
2013-03-29
Нострадамус: Франциск - последний Папа Римский
2012-10-27
Дольмены и религия Змей
2012-08-13
Поэтесса Марианна Колосова - патриот России!
2012-06-06
Земля, Венера и Солнце выстроились в одну линию
2012-05-05
Вторая Российская эмиграция
2012-04-22
Курильские острова – на каких условиях отдали бы их Японии
2012-04-10
совхоз "Матвеевское" и поселок "Заречье"
2012-03-26
газета "Новое русское слово" о книге "Дорога к истине" Вл. Дордополо
2012-03-26
Ночь светла, над рекой тихо светит луна - Старинный романс
2012-03-19
Беседы о русской культуре - Юрий Михайлович Лотман
2012-03-15
Ипатьевский монастырь в г. Кострома, где благославляли на царствие и Ипатьевский дом где растреляли царскую семью
2012-03-14
Символы: 4 - 44 - SS - Z (две молнии у СС)
2012-03-14
Художественно-Интеллектуальные салоны
2012-03-13
Полеты во сне и наяву
2012-03-09
Строительная фамилия
2012-03-04
Радиовихрь
2012-03-01
Россияне торопятся купить машину до выборов
2012-01-29
Академик Ядов О.И. - О Музее Русской Культуры в г. Сан–Франциско Калифорния
2012-01-20
Волны эмиграции
2011-09-30
29 сентябтя - запуск Небесного дворца - китайская космическая станция
2011-09-21
Ростислав Плятт и Ростовский театр им. М.Горького - воспоминания
2011-07-24
Казаки в иррегулярных войсках России
2011-07-17
Проектирование будущего
2011-06-13
Огурцы – Кишечная палочка – Серебро
2011-06-12
Ф.Д.Крюков, М.А. Шолохов и "Тихий Дон" - загадка авторства
2011-06-08
Владимир и Рогнеда
2011-06-05
Тихий Дон - Финляндия - Эстония - атаман П.Н. Краснов
2011-06-01
Уинстон Черчилль - Стена и кирпич
2011-05-30
дефолт в Америке
2011-05-12
Ветеран посылкой отправил в Кремль свои боевые награды и написал письмо премьеру.
2011-04-23
народонаселение России
2011-04-10
"частица бога"
2011-04-07
Дальнему Востоку снова предсказали землетрясение примерно на 25 апреля
2011-03-19
о чем молчат космонавты
2011-02-25
бунт одиночки против мнения и обычаев большинства
2011-02-19
Дендерский знак и Фаэтон
2011-02-18
рений - острова - японцы
2011-02-17
Аэрозоль - грипп--распыление в атмосфере городов - г. Сан-Франциско
2011-02-06
Шунгит
2011-02-04
послание Сергея Рудакова
2011-01-30
галлюцинации Шопена
2011-01-24
причины массовой гибели птиц (птичий мор) и рыб неизвестны - так-ли это...
2011-01-19
идёт охота на волков...
2011-01-17
когда вспыхнет Юпитер....

 

Flag Counter
 
 

Только строка целиком

Раздел: Главная / список лиц

Г. К. Гинс

Г.К. Гинс - G.K. Guins

 

     Сегодня можно прочитать немало публикаций о том, как ученые и литераторы, вынужденные уехать из России, стали выдающимися личностями за рубежом. Были среди них и выходцы с Дальнего Востока, в том числе и Георгий Константинович Гинс, член Русской Академической группы в Америке. Все, кто интересуется периодом гражданской войны в Сибири, знают имя этого известного деятеля в правительстве адмирала Колчака, написавшего солидный том воспоминаний о том времени. Гинс был большим авторитетом и по китайской юриспруденции [1]. Автором интересных исследований об А.С. Пушкине. В последнее время в России появились статьи о Г.К. Гинсе, но они содержат лишь краткие и общеизвестные биографические сведения [2].

     Георгий Гинс родился 15 апреля 1887 г. в крепости Новогеоргиевск [3]. Окончив в 1904 г. с золотой медалью Вторую Кишиневскую гимназию, он поступил на юридический факультет Санкт-Петербургского университета. С самого начала студенческой жизни юноша заинтересовался журналистикой и в 1905 г. опубликовал в "Бессарабском листке" свою первую статью, затем они стали появляться в "Одесском листке" и других газетах. Во время учебы Г. Гинс был удостоен серебряной медали за сочинение "О сущности юридических лиц". В 1909 г. он окончил университет и был командирован Переселенческим управлением в Туркестан для обследования порядка водопользования. Результатом этой поездки стала его работа "Действующее водное право Туркестана" (СПб., 1910). Вскоре появились и другие труды молодого ученого в научных и исторических журналах. Более десяти статей на юридические темы Г.К. Гинса были опубликованы в Новом энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона.

     1910-й г. был знаменательным для Гинса. 10 января он женился на Эмилии Прогницкой, а в октябре у них родился первенец Сергей, второй сын - Всеволод - появился на свет в феврале 1915 г. Осенью 1910 г. Гинс получил стипендию для подготовки к защите профессорского звания по кафедре гражданского права в Санкт-Петербургском университете, одновременно он работал в главном управлении землеустройства и земледелия. Весной 1916 г. ученый сдал магистерские экзамены и стал приват-доцентом университета. Уже в молодые годы Гинс проявил себя талантливым журналистом и ярким публицистом. "Несмотря на мои успехи на служебном поприще и академическую карьеру, - вспоминал он позднее, - я чувствовал всегда влечение к газетной и литературной работе. Как-то писатель Чириков рассказывал у наших общих знакомых, где мы встречались, что для некоторых своих романов он совершал специальные поездки в те местности, быт и людей которых он описывал. И это казалось очень заманчивым. Я вспоминал свое путешествие в Туркестан и стал подумывать о занятии кафедры в провинциальном университете, для обновления впечатлений" [4].

     События 1917 г. способствовала исполнению желаний честолюбивого ученого. В апреле он был назначен старшим юрист-консультантом Министерства продовольствия. Весной 1918 г. Г.К. Гинса избрали исполняющим дела экстраординарного профессора по кафедре гражданского права Омского политехнического института. После образования Сибирского правительства он стал работать в нем. «Управляющими делами, - вспоминал Гинс, - предложено было мне. Действительно, из всех, кто тогда находился в Омске, один только я обладал еще по службе в Петрограде знанием законодательной техники и организации центрального управления. Мне было трудно поэтому отказаться; у меня было лишь то серьезное основание для отказа, что я был новым человеком в Сибири и знал только, как бывший чиновник Переселенческого управления и автор ряда статей по вопросам колонизации» . Но единомышленники и друзья Г.К. Гинса настояли на этом назначении. Впоследствии Георгий Константинович не раскаивался в этом решении. Он был в центре политической жизни того времени, являлся не только очевидцем многих исторических событий, но и влиял на принятие важных решений правительства, более четкими стали его взгляды. «Я был и оставался патриотом «российским», - писал Гинс. – Но, задумываясь над страшным вопросом будущего, вопросом о путях восстановления могущественной России, я еще в Петрограде пришел к убеждению, что это восстановление надо производить по частям, начиная с окраин. Я стал «областником» тактическим, и, когда вопрос об упразднении Сибирского правительства о централизации власти в руках Директории, ч не мог расстаться с своими представлениями и примкнул к тем, кто старался гарантировать сибирскую автономию для будущего» .

     Георгий Константинович был непосредственным свидетелем возникновения, а затем и падения власти адмирала А.В.Колчака, много ездил по разным районам Сибири, побывал во Владивостоке. Уже тогда он стал анализировать происходящие события и собрать материалы для своей будущей книги. «С 18 ноября, - писал Гинс, - я отошел от ближайшего участия в работе правительства. В качестве товарища сначала министра народного просвещения, потом – иностранных дел, а с апреля 1919 г. – в качестве председателя Государственного экономического совещания, я, в соответствии со своим желанием отойти от активной роли, занимал второстепенное место в правительстве. Так продолжалось до 15 августа, когда, не удовлетворенный политикой министров Тельберга, Михайлова и Сукина и пользуясь поддержкой Совета министров, я решил вернуться на прежнее место управляющего делами. Мне ничего не удалось сделать. И, хотя относительно важнейшего периода власти адмирала я мгу говорить с объективностью, по существу, неответственного зрителя, но я отлично, сознаю, что моя близость к событиям мешает мне претендовать на роль историка, даже для этого периода, и я не буду смотреть на свою работу иначе, как на связанный дневник, как на запасы впечатлений человека, который пишет не для того, чтобы кого-либо оправдать, или, тем более, кого-либо очернить, а только для того, чтобы помочь более объективным судьям уяснить себе ход событий, чтобы раскрыть для них некоторые подробности, известные только участникам, но оказавшие решающее влияние на общее положение власти. Кто знает, не понадобятся л Российскому правительству в будущем некоторые указания, хотя бы отрицательного опыта? Интересен и важен практически отчет не только об удачливых, но и о несчастных попытках. А, может быть, кое-что окажется заслуживающим и подражания» .

     В январе 1920 г. Гинс появился в Харбине. Он отклонил все лестные предложения по продолжению политической активности и занятия места в новом правительстве. Сполна хлебнув всех прелестей политики, Г.К. Гинс решил целиком посвятить себя преподаванию. Одним из научно-образовательных центров российского зарубежья на Дальнем Востоке стал Юридический факультет в Харбине, первое высшее учебное заведение для беженцев из России. Бытовало мнение, что этот факультет появился на свет случайно. Вряд ли можно считать это справедливым. С одной стороны среди эмигрировавших из России в Китай было очень много юристов. С другой - русской эмиграции на новой родине требовался правовой фундамент. У истоков Юридического факультета стояли известные люди, например, Н.В.Устрялов. В ноябре 1919 г. после падения Омска он переехал в Иркутск, а затем в Харбин, где занялся подготовкой к печати сборника всех статей омского, иркутского и харбинского периодов по вопросам политики, а также философии революции. С 1920 г. Устрялов стал одним из идеологов сменовеховского течения в эмиграции, выступал за примирение с Советской властью. Первым деканом Юридического факультета, на плечах которого лежала вся организационная работа, был видный юрист Н.И.Миролюбов, известный правовед, один из руководителей следственной группы по расследованию убийства Царской семьи, видный юрист в колчаковском правительстве, он же занимался юридическим оформлением последней белой власти в Приморье. В Маньчжурии Н.И.Миролюбов увлекся изучением китайской юриспруденции и пользовался широкой известностью.

     После смерти Миролюбова деканом Юридического факультета был единогласно избран В.А. Рязановский. Он отчетливо понимал, какие цели и задачи стоят перед этим учебным заведением, отдавал себе отчет и в огромных трудностях при подготовке будущих юристов. На этом нелегком поприще Рязановский был не одинок. Российские юристы считали, что русские беженцы нуждаются в юридической помощи, а потому задача факультета - как можно скорее подготовить квалифицированных русских юристов. «Я не сомневаюсь в том, - говорил Рязановский студентам, - что пройдет еще несколько лет и в России юридическое образование займет приличествующее ему место, ибо там, где существуют юридические нормы, как бы их не называть - законами, декретами, указами, постановлениями и т.д. всегда нужны люди, которые могли бы истолковывать эти юридические нормы и применять их к жизни» [8]. Профессора Юридического факультета еще не догадывались, что нормы права в Советской России трактовались весьма своеобразно. Под влиянием сменовеховцев они думали, что в России возникает новое правовое государство. «Может быть, у некоторых возникает сомнение, зачем на Юридическом факультет преподается старое право в то время, когда вся Россия живет новым правом. В ответ на это скажу, что эти сомнения мне представляются и теоретически неправильными и фактически неверными. Прежде всего надо отметить, что, строго говоря, нет старого и нового права, а есть единое право, которое живет и развивается; может быть только старое и новое законодательство» [9].

     В тот период, как отмечал историк Юридического факультета Н.П.Автономов, «помимо юридического факультета, организовано экономическое отделение с тремя подотделами: восточно-экономическим, коммерческим и железнодорожным; организованы Подготовительные курсы для китайских молодых людей, которые по окончании классов могли переходить на Факультет и слушать лекции русских профессоров на русском языке. Значительно разрослась профессорская и преподавательская корпорация - только на Русском факультете, без личного преподавательского состава Подготовительных классов, число академических работников доходило до 54. Значительно увеличивается число студентов. Ко времени окончания этого периода студентов, вместе со слушателями Подготовительных классов было свыше тысячи» [10].

     Г.К. Гинс был одним из самых популярных профессоров Юридического факультета. Часто на его лекции приходили студенты других факультетов. "Г.К. Гинс, - вспоминала студентка Е.Рачинская, - во время лекций держался очень просто, иногда присаживаясь на парту слушателей, импонировал своей бесспорной эрудицией и знанием предмета. Наружность у него была привлекательная, манера держаться - сдержанная, но приветливая" [11].

     Одновременно по горячим следам недавних событий Георгий Константинович готовил свою знаменитую книгу "Сибирь, союзники и Колчак", публикуя отрывки из нее в газете "Вестник Маньчжурии" и других изданиях. Имя Гинса становилось все более известным среди русского зарубежья. Газеты "Русское слово" и "Новости жизни" открыли полемику между Гинсом и Устряловом, идейным поборником "возвращенства". Георгий Константинович выдвинул идею социального прогресса, которую совершенно отрицал Устрялов. Позднее Гинс вспоминал: “My approach differed from the approach of Ustrialov from two points of view. First, in speaking about progress, I emphasized that certain values have a general significance, not such events or achievements which correspond to the interests of particular nation. I have in mind the values characterizing the human culture: science, art, social welfare, but first of all and especially the ethical foundations of human behavior and social relations. Second, I attached a great importance to the means with which a certain success or certain achievements were attained and supported. I was and remain conservative according to my character and trends. But every person who supports the idea of progress cannot be reactionary and a partisan of stagnation. A conservative man cannot be a revolutionary. But, if a revolution took a place, he may accept it as a new initial point, but then only if he finds that this revolution opens prospects corresponding to the principles based o the great human values and does not contradict his basic principles and does violate the existing ethical foundations of social culture. From this point of view, Ustrialov’s justification of the October Revolution as a new way to world power and international influence seemed to me a vicious approach achievements of the Soviet regime in the field of economy and science, which are but natural in country with very rich natural resources and a number of outstanding scholars” [12].

     Вместе с В.М.Посохиным Г.К.Гинс открыл магазин "Русско-маньчжурская книготорговля» и занялся продажей учебных пособий, научных трудов и эмигрантской литературы. С декабря 1920 г. по октябрь 1927 г. он выпускал под своей редакцией журнал "Русское обозрение", который, по его мысли, должен был стать подобием парижских "Современных записок". Но напряженная работа со студентами и выпуск двенадцати томов "Известий Юридического факультета" отвлекали его от журналистской деятельности.

     С января 1921г. по май 1926 г. Г.К. Гинс служил на КВжд в должностях начальника канцелярии Правления дороги, главного контролера и одновременно являлся председателем Комитета образовательных учреждений железной дороги. С 1923 г. и вплоть до преобразования Харбинского муниципалитета он был уполномоченным Харбинского общественного управления, председателем собрания уполномоченных и председателем комиссии по составлению положений и наказов. Гинс не оставил в стороне занятия наукой. Одной из его первых работ была брошюра «Этические проблемы в Современном Китае». Позднее Георгий Константинович вспоминал: “At the end of this pamphlet I included a small essay characterizing similarities of the foundations of ethics in Russia and China. The similarities which I tried to under consist from my point of view in the relatively inconsiderable influence of the law in the Russian state and in the social order up to the present time. A lack of a legal mind was characterized by one Russian poet who said ironically that the Russian mind was “too wide to be confined in the narrow frames of law” [13].

     Профессора Юридического факультета понимали, что невозможно поднять уровень профессиональной подготовки русских юристов, находясь в Маньчжурии. Они решили отправить коллег в Париж для защиты диссертаций перед авторитетной комиссией Русской академической группы. В 1925 г. там защищает диссертацию «Очерки государственного права Китая» заведующий кафедрой административного права В.В. Энгельфельд. 23 апреля 1929 г. в Париже перед Академической группой защитил свою магистерскую диссертацию "Водное право" и Г.К. Гинс. После прекрасной защиты ему предложили кафедру в одном из парижских университетов, но он без всяких колебаний отказался и в этом никогда не раскаивался.

     Безусловно, что русские профессора-эмигранты хотели бы получить отклик на свои работы с родины. Они имели очень много рецензий на свои труды со всего мира, но ни единого слова - ни доброго, ни худого - не получали они из России. Рязановский писал с горечью В.М.Алексееву: «Но русские юристы и восточники не обмолвились не словом. И в результате все мои коллеги уже бросили изучать кит. и монг. право: нет смысла тратить свои последние деньги на книги, которые никто не читает и знать не хочет. Я один еще продолжаю работать над монг. правом, но и у меня (к 25-летнему юбилею) начали опускаться руки. Меня не читают, даже специалисты. Ясно: я не нужен родине. И передо мной встал вопрос: работать дальше по вост. праву и печататься на англ. языке, или совсем оставить занятия правом и заняться другой научной специальностью, хотя бы в качестве дилетанта, или даже замолчать» [14]. Но все же несмотря на пессимизм, так явственно высказанный в письме, Рязановский, Гинс и другие продолжали занятия наукой, об этом говорят труды, вышедшие из-под их пера и опубликованные в Китае. Правда, они вновь остались незамеченными в России.

     С весны 1929 г. положение Юридического факультета начинает ухудшаться. 2 марта он переходит под китайское управление с назначением ректора - китайца, хотя первоначально власти и утверждали, что ничего подобного не произойдет. В 1937 г. Юридический факультет был закрыт окончательно, и Г.К. Гинс стал преподавателем Харбинского коммерческого института, не прекращая сотрудничества с газетами. Одним из самых ярких культурных событий российской эмиграции в те годы стало столетние со дня смерти А.С.Пушкина. Не остались в стороне от юбилея и правоведы, которые хотели придать этому празднованию значение события, объединяющего все слои неоднородной эмиграции. 1 марта 1937 г. на торжественном акте на Юридическом факультете в Харбине незадолго до его закрытия профессор Г.К. Гинс произнес свою речь «А.С. Пушкин - русская национальная гордость». По его мнению творчество Пушкина могло стать объединительной идеей. Он говорил: «Да будет же позволено и русским эмигрантам по-своему воспринимать Пушкина и не бояться находить у него то, что более всего отвечает пережитому в страдные годы зарубежной жизни и мечтам о служении родине» [15].

     В ознаменовании 35-летней журналистской деятельности профессора Гинса харбинское издательство "Заря" выпустило сборник его газетной публицистики "Quo vadis Europa? (Куда идешь, Европа?)". Хотя книга была написана сухим академическим языком, она читалась легко. Сборник получил благоприятную рецензию: "Каков же будет этот новый мир, нарождающийся ныне в потоках крови, под гром пушек? Автор считает, что он будет ни национал -социалистическим, ни фашистским, ни коммунистическим, ни демократическим. По его мнению все эти системы неизбежно перегорят в пожаре войны и человечество выйдет из страшного испытания, выпавшего на его долю, обновленным не только политически, но и морально" [16]. В этой статье Г.К. Гинс преподнес пушкинскую идею, неотъемлемую часть русского самосознания, как альтернативу фашизму в Италии.. Вскоре он посвятил этой теме отдельную работу [17]. В другой статье профессор отметил: «Для молодых поколений эмиграции народный дух и чувство национальной гордости Пушкина, его пламенные стихи, посвященные героям и событиям русской истории, вновь обретенное сокровище, бесценный клад русской культуры. [...] Под этими знаменами выступила на мировую арену русская государственность, в этой обстановке и русская культура, в создании которой принимали дружное участие все национальности и все разнообразные силы, объединившиеся под сенью русского государства» [18].

     В 1937 г. Г.К. Гинс выступал довольно часто. Всюду, где было возможно, он проповедовал идеи культурного возрождения эмиграции и объединения ее под флагом поэзии. К сожалению, японская оккупация Маньчжурии свела эти попытки на нет. Это время было одним из самых сложных периодов жизни Г.К. Гинса. Он не допускал мысли вернуться в Россию, как это сделал Н.В.Устрялов, - уже тогда доходили отрывистые сведения о сталинском терроре, но в то же время не было сил жить и в Харбине. С оккупацией Маньчжурии Японией жизнь там коренным образом изменилось. БРЭМ ввел строгий контроль за всеми сторонами жизни эмигрантов, не допуская ни малейшей критики в свой адрес. Просматривая газетные статьи Гинса тех лет, можно убедиться в том, что он тщательно старался не касаться событий политической жизни в Маньчжурии. Он знал, что ему надо во что бы то ни стало покинуть Китай. Под влиянием событий в Европе и японской оккупации Родзаевский в газете «Нация» опубликовал большую статью - биографию Гинса, в которой обвинил его в страсти к наживе, в масонстве и даже близости к большевикам, а главное, оценил все его труды как вредные.

     Гинс ответил так: «В 1917 г., накануне большевистского переворота, я наблюдал, как ошалевшие от безнаказанности, распущенная чернь провожала дикими возгласами профессора, шедшего с собрания, и грозила выкупать его в грязной луже. Не напоминает ли это травлю в «Нации»? Можно ли бороться при подобных приемах с большевизмом или этим можно только помогать большевизму, наиболее ядовитой отравой которого является моральная беспринципность и неразборчивость в средствах? В заключение я напомню г. Родзаевскому, в качестве редактора «Нации», что ему следовало бы не только описывать культуру Востока, но и учиться у нее. Он мог бы знать, как ученики относятся на Востоке к учителям и как хранят здесь авторитет тех, кто носит высокое звание профессора. В эмиграции профессоров осталось немного. В СССР их истребляют и без помощи «Нации» [19].

     30 июня 1941 г. Гинс покинул Харбин и уехал к сыновьям в Сан-Франциско. Перед своим отъездом Георгий Константинович дал интервью местной газете: "Уезжать из города, в котором прожито больше 20 лет, в котором так хорошо жилось, с которым связано так много воспоминаний и в котором остается так много сердечных друзей, не легко. Уезжать в страну, где совсем другой быт, где нет перспектив работать, пользуясь русским языком и для русского населения - страшно. В моем возрасте нелегко начинать жить сначала" [20]. Покидая Харбин и прощаясь с друзьями, Гинс говорил о возвращении в этот город через какой-то срок, но не для того, чтобы остаться в нем, а для того, чтобы через Харбин вернуться в Россию.

     В том же прощальном интервью Гинс сказал: "Я думаю, что преподавание в высшем учебном заведении и научная работа составляют мое настоящее призвание, и я, конечно, мечтаю больше всего о том, чтобы путь в Россию, если он для нас, эмигрантов, откроется, привел меня в какой-либо отечественный университет. У меня возникает теперь вера в эту возможность. В минуты чрезвычайной опасности здравый рассудок русского народа и его национальное самосознание не раз отрезвляли народ и способствовали восстановлению нормального порядка, и теперь лозунг "все против коммунизма - ничего против России", которым заканчивается один из моих очерков..., может объединить всех русских людей и создать ту обстановку, при которой можно будет возвратиться на родину"[21].

     В Соединенных Штатах Гинс сразу же деятельно включился в общественную жизнь русской колонии, начал выступать с публичными лекциями по поводу культурных и общественных событий. Сохраняя свою «белую» идеологию, Г.К. Гинс критиковал отход от демократии части эмиграции. Уже в Америке Гинс писал о политической жизни в Маньчжурии: «Бюро <по делам российской эмиграции> ведает регистрацией всех эмигрантов, незарегистрированные являются как бы нелояльными и не пользуются некоторыми преимуществами, например, выдачами продовольствия, которые совершаются иногда по представлению бюро. Кроме того незарегистрированным трудно получить визы на выезд и т.п. Все зарегистрированные платят ежемесячно отчисления от своего чистого дохода и от этих сборов получают настолько значительные средства, что Бюро располагает даже оборотными средствами и издает газету « Голос Эмигранта», еженедельный иллюстрированный журнал «Луч Азии», календари, книги, некоторые очень ценные, как, например, «Пушкин и его время», «Русская история в русской поэзии», «Шедевры русской литературной критики». Ни один вечер, лекция, сбор не могут быть устроены без санкции Бюро эмигрантов. Оно ведает школьным делом. Само собой разумеется, что бюро следит за политическими настроениями эмиграции, помогая <японской> администрации собирать необходимые данные о русских людях» [22].

     Откликаясь на каждое политическое событие, Г.К. Гинс проявил себя незаурядным аналитиком, умеющим сопоставлять факты, делать четкий анализ события и давать прогнозы. В этот период Гинс продолжал активно работать и как журналист: с 1942 по 1944 гг. он был редактором сан-франциской газеты «Русская жизнь» и опубликовал немало статей в нью-йоркской газете «Новое русское слово». С ноября 1945 г. по 1954 г. Гинс был профессором Калифорнийского университета в Беркли, преподавал в Вермонт-колледже, а затем работал в институте иностранных языков в Монтерее, где читал курс "История русской мысли". «Просматривая сейчас, - писала его студентка, - свои записи по курсу профессора Гинса, все больше и больше убеждаешься и удивляешься широте и разнообразию его знаний, его необычайной осведомленности текущих событий, науки, литературы, истории, искусства, права, экономики, философских течений прошлого. Кажется, нет такой области в науке и жизни, которой бы не интересовался Георгий Константинович и которую он бы не знал. Сохранивший до конца своей жизни изумительную память, свой широкий кругозор, он был исключительным профессором. Богом данный к тому же ораторский талант, широкие знания и умение излагать свои мысли и тему по курсу, он захватывал студентов, побуждал к работе, серьезному отношению и желанию не сдать как-нибудь экзамен, каждому хотелось сдать возможно лучше и каждый работал на совесть» [23].

     В это время его статьи печатались во многих журналах, такие как «Новый журнал», «День русского ребенка», «The Russian Review», «Southwestern Social Science Quarterly», «The American Journal of Economics and Sociology». В основном они были посвящены русской истории и востоковедческим вопросам: торговое право Китая, этика современного Китая, японская промышленность, деятельность КВжд и др. Писал также Гинс воспоминания, откликался на каждый юбилей. Вот как он отметил юбилей своего вынужденного отъезда из Родины. «Прошло пятьдесят лет!, - писал он. - В Советском Союзе, как теперь называется Россия, подымаются новые поколения, возрождаются некоторые традиции прошлого, растет сознание безнадежности коммунистического опыта. Обязанностью морального характера является теперь отдать должное памяти тех, кто «положил жизнь за круги своя». Обязанностью живых свидетелей является восстановить в памяти то, что знали только они, но что может быть полезно и для тех, кто не мог знать прошлого, поскольку оно либо скрывается от народа новой властью, либо намеренно извращается в неблагоприятном направлении, в целях оправдания преступлений и неудачных опытов» [24].

     С 1955 г. Г.К. Гинс работал в USIA, откуда в 1964 г. вышел в отставку по болезни [25]. Одно время он был и редактором на радиостанции «Голос Америки». И в преклонные годы он вел активную общественную жизнь, являлся деятелем правления Кулаевского образовательного фонда, помогал журналу «Русский язык». «Попечительство над журналом, - писал его основатель Н.П.Автономов, - выразилось в том, что Георгий Константинович вербовал новых сотрудников для журнала среди бывших коллег. Нужно признать, что благодаря такому содействию Георгия Константиновича, число подписчиков журнала возросло процентов на двадцать - двадцать пять» [26]

До самого конца жизни Гинс продолжал работу и над большими трудами. В 1954 г. он опубликовал книгу «Soviet Law and Soviet Society» (The Hague). Правда, самую большую свою работу «Россия, как многонациональная империя» (The history of Russia as a Multinational Empire), над которой он работал последние пять - шесть лет, Гинс так и не закончил. В ней он хотел поделиться своими взглядами и соображениями по истории национального вопроса в России и перспективах его развития. Безусловно, что эта тема как никогда злободневна и сегодня.

     В марте 1966 г. Центр изучения славистики и Восточной Европы Калифорнийского университета выделил средства на осуществление проекта по сбору материалов, составлению библиографии, библиотечных справочников по российской истории, а также организации серии интервью с самыми известными деятелями русской эмиграции. Первым в этом списке был Г.К. Гинс, с которым побеседовал Борис Реймонд (Boris Raymond). После того, как эта работа была закончена, текст беседы был отправлен библиотекой Bancroft’a в ведущие университеты США, занимающиеся славистикой. Через пять лет историк Ричард Пирс (Richard Pierce) повторил удачный опыт. Эти труды, опубликованные на английском языке, являются наиболее важными документами, описывающие многие моменты биографии Гинса и помогающие лучше понять его незаурядную натуру.

     Георгий Константинович Гинс скончался 25 сентября 1971 г. «Свою философию, - отмечалось в некрологе, - профессор Гинс базировал на трех принципах: истине, в основе которой лежала наука; этике, основанной на праве и справедливости, религии как наивысшей форме этики и красоте в широком смысле этого слова. Красота есть украшение человеческой жизни, проявляется ли она в музыке или искусстве. Она облагораживает человека и украшает его жизнь. Этим принципам Георгий Константинович следовал как профессор и как человек. День похорон профессора Гинса, 30 сентября, совпал со днем Веры, Надежды и Любви. Три слова - вера, надежда и любовь всегда были основой жизни Георгия Константиновича. Он никогда не был пессимистом, он всегда верил в лучшее, что есть в человеке, верил, что весь хаос, охвативший мир, где, кажется, не осталось ни одного государства, ни одного места на земном шаре, где было бы спокойно и мирно, что эта болезнь века пройдет, что лучшее в людях победит зло, что люди поймут, что только любовь, только мир и спокойствие принесут человечеству благо на земле» [27]. Панихида состоялась в церкви Св. Иоанна Крестителя в Беркли, а последнее пристанище профессор Гинс обрел на кладбище Sunset в г. Эль Серрито [28].

 

Источники и литература:

1. Скачков П.Е. Библиография Китая. - М., 1960. - Алфав. указ. - С. 637 (16 назв.).

2. Вибе П.П., Михеев А.П., Пугачева Н.М. Омский историко-краеведческий словарь. Исторические портреты. Хранители памяти. Памятники истории и культуры. События, связанные с историей Омского Прииртышья / Комитет по образованию администрации Омской области. Ист.-краеведческая лаборатория Омского гос. пед. ин-та им. А.М.Горького. - М.: Отечество, 1994. - 60, 61, портр. и др.

3. Биографические сведения Г.К. Гинса взяты из его личного дела, хранившегося в архиве Бюро по делам российской эмиграции в Маньчжурской империи (БРЭМ). Государственный архив Хабаровского края (ГАХК). Ф. 830. Оп.3. Д. 4459.

4. Гинс Г.К. 35 лет моей работы в газетах и журналах // Заря. - 1940. - 6 окт.

8. ГАХК. Ф. 830. Оп. 3. Д. 2014. Л. 4.

9. Там же.

10. Автономов Н.П. Юридический факультет в Харбине: (Исторический очерк) // Право и культура: Сборник в ознаменование восемнадцатилетнего существования Юридического факультета в городе Харбине. 1920 - 1937. - Харбин: Русско-маньчжурская книготорговля, 1938. - С. 23. - (Изв. Юридич. фак-та. - T. XII).

11. Рачинская Е. Калейдоскоп жизни. - Paris: YMCA-PRESS, 1990. - С. 180.

12. Guins G.C. Professor and Government Official: Russia, China and California. USA, 1966. – P. 268 - 269.

13. Там же. – P. 266.

14. Архив Петербургского отделения Института востоковедения. Ф. 820. Оп. 3. Д. 699. Л. 35 об.

15. Гинс Г. Столетие со дня смерти А.С.Пушкина (1837 - 1937) // Россия и Пушкин: Сб. статей. 1837 - 1937. - Харбин, 1937. - С. VIII

16. Д. Н. Книжные новинки // Рубеж. - 1941. - 2 авг. (№ 31). - С. 23.

17. Гинс Г.К. А.С.Пушкин и русское национальное самосознание. 1837-1937. - Харбин: Изд. "Россия и Пушкин", 1937. - 44, 45 с.: ил.

18. Гинс Г.К. А.С.Пушкин. Русская национальная гордость (Речь, произнесенная на акте Юридического факультета 1 марта 1937 г.) // Право и культура... - С. 114.

19. Гинс Г.К. Стороннее сообщение. Мой ответ «Нации» // Заря. - 1940. - 3 мая.

20. Проф. Г.К. Гинс уехал в Америку. Теплые проводы на вокзале // Заря. - 1941. - 1 июля.

21. ... Я с готовностью вернусь назад. Прощальная беседа с профессором Г.К. Гинсом // Заря. - 1941. - 2 июля.

22. Гинс Г.К. Русские в Маньчжурии // Русская жизнь. - 1944. - 6 мая.

23. Светлой памяти профессора Г.К. Гинса // Русская жизнь. - 1971. - 13 окт.

24. Гинс Г.К. Пятьдесят лет тому назад. («Родина потеряна» - «едем в неизвестность» // Русская жизнь. - 1970. - 31 янв.

25. Smith C. Guins (Gins), Georgii Konstantinovich (1877 - 1971). Government official, professor of low and author // MERSH. - V. 13. - P. 190 - 191.

26. Автономов Н.П. Некролог: памяти профессора Г.К.Гинса // Русский язык. - США, 1971. - № 92. - С. 40 - 43.

27. Светлой памяти профессора Г.К.Гинса // Русская жизнь. - 1971. - 13 окт.

28. George C.Guins, expert on Russia // San Francisco Chronicle. - 1971. - 26 Sept.

 

Сочинения Г.К. Гинса:

1. Таранчи и дунгане. (Очерк из поездки по Семиречью) // Ист. вест. - 1911. - Авг. - С. 672 - 708.

2. Сибирь, союзники и Колчак. Поворотный момент русской истории. 1918-1920 гг.: Впечатления и мысли члена Омского правительства. Т. 1. Ч. 1. Большевизм. Областные правительства. Директория. Верховный правитель. Союзники. заговорщики. Победители. Неизбежный конец. - Пекин - Харбин: Изд. Общества возрождения в Харбине, тип. Русской духовной миссии в Пекине, 1921. Т. I: 325 с., ил.; Т. II, ч. II и III: 608 с.

3. В Японии: Впечатления экскурсанта. - Харбин: Тип. КВжд, 1922. - 72 с.

4. Индустриализованная Япония. - Харбин: Тип. КВжд, 1925. - 69 с.

5. Право на предметы общего пользования. - Харбин: Изд. "Русско-Маньчжурская книготорговля. - Ч. 1. Основы водного права. - IV, 116 с. - 1926. - Ч. II. Современное водное право. - 244 с. - 1928.

6. Основные черты хозяйства КВжд // Вестн. Маньчжурии. - 1927. - № 2. - С. 16 - 21.

7. Этические проблемы современного Китая. - Харбин: Изд-во "Русско-маньчжурская книготорговля", 1927. - 80 с., карт., прил.

8. Обоснование политики права в трудах профессора Л.И.Петражицкого (к 35-летию научной деятельности. 1892-1927). -Харбин: Изд. «Русско-маньчжурская книготорговля», 1928. - 28 с.

9. Водное право и предметы общего пользования. - Харбин, 1928. - 22, 358 с.

10. Право и сила: Очерки по теории права и политики. - Харбин: Тип. КВжд, 1929. - 114 с.

11. Новые законы и правила регистрации в Китае. - Харбин, 1930. - 80 с.

12. На путях к государству будущего. От либерализма к солидаризму. - Харбин: Изд. "Русско-маньчжурская книготорговля", 1930. - 210 с.

13. Очерки торгового права Китая. Вып. 1. Торговые товарищества с прил. текста законов. - Харбин, 1930. - 160 с. (Рец.: (Р). // Вестн. Маньчжурии. - 1930. - № 9. - С. 112; // Библиогр. бюлл. - 1930. - Т. III. - Вып. 3. - С. 26).

14. Торговое товарищество по китайскому праву // Вестн. Маньчжурии. - 1930. - № 3. - С. 59 - 70.

15. Новый акционерный закон Китая // Вестн. Маньчжурии. - 1930. - № 5. - С. 60 - 67.

16. Иностранные товарищества в Китае // Вест. Маньчжурии. - 1930. - № 6. - С. 67 - 73.

17. Новые законы и правила регистрации [торговых товариществ]. - Харбин, 1930. - 80 с. - (в соавт. с Ван Цзэн-жунь).

18. На путях к государству будущего. – Харбин, 1930.

19. Л.И.Петражицкий: Характеристика научного творчества. 1876-1931 гг. Очерк. - Харбин: Изд. Юридического фак-та, 1931. - 33 с.

20. Гражданский кодекс Китая и торговое право // Вестн. кит. права. - Харбин, 1931. - Сб. 1. - С. 235 - 238.

21. Об обратной силе сроков давности, установленных гражданским кодексом Китая // Вестн. кит. права. 1931. - Сб. 2. - С. 193 - 197.

22. Новые идеи в праве и основные проблемы современности. -Харбин: Тип. Н.Е.Чинарева. - Вып. 1. - IX, 282 с., 1931. - Вып. 2. - 283 - 654 с.

23. Монгольская государственность и право в их историческом развитии - Харбин, 1932. - 54 с.

24. Учение о праве и политическая экономия. Вып. I. Курс законоведения. - Харбин, 1933.

25. Политическая экономия. Начальный курс. - Харбин: Тип. Н.Е.Чинарева, 1933. - 106 с.

26. Очерки социальной психологии: Введение в изучение права и нравственности. - Харбин: Изд. Биржевого комитета, 1936. - 263 с.

27. А.С.Пушкин и русское национальное самосознание. 1837-1937. - Харбин: Изд. "Россия и Пушкин", 1937. - 44, 45 с.: ил.

28. Свобода и принуждение в гражданском кодексе Маньчжу-ди-го. Т. 1. - Харбин, 1938. - 24 с.

29. А.С.Пушкин. Русская национальная гордость (Речь, произнесенная на акте Юридического факультета 1 марта 1937 г.) // Право и культура. Сб. в ознаменование восемнадцатилетнего существования Юридического факультета в городе Харбине. 1920 - 1937. - Харбин: Изд-во Русско-маньчжурская книготорговля, 1938. - С. 91 - 114.

30. Новое право и предпринимательство. - Харбин: Изд-во "Заря", 1940. - 64 с.

31. Предприниматель. - Харбин: Изд. Л.Г.Цыкман, 1940. - 282 с. - / Переизд. изд-вом «Поссев».

32. Ко вадис Европа? (Европейская катастрофа). - Харбин: Изд-во "Заря", 1941. - 336 с., ил., карт.

33. Professor and Government Official: Russia, China and California. . The Bancroft Library. - USA, 1966. - 364 pp.

34. The Fateful Days of 1917 // Russian Review, Vol. 26, № 3, July, 1967. P. 286 – 295.

35. Impressions of the Russian Imperial Government. . The Bancroft Library. - USA, 1971. - 95 pp.

 

источник:  Амир Хисамутдинов,  Г.К. Гинс: Биография // Зап. Рус. акад. группы в США. – Нью-Йорк, 1999 - 2000. - № 30. - С. 437 - 452.

 

http://khisamutdinov.ru/forum/viewtopic.php?f=16&t=61

 

 





 
 
Статьи

поэты и писатели кружка Литературные Встречи
Русский центр
Музей Русской Культуры
Российское зарубежье во Франции 1919-2000
Русские в Северной Америке
Толстовский Фонд
Литфонд
газета - Русская Жизнь
ежемесячник - Русская Жизнь - Сан Франциско
книга - Русский Сан-Франциско автор А. А. Хисамутдинов
Лига Американо-Русских женщин
День русского ребенка
Посещение главами государства Музея русской культуры в Сан-Франциско
Сводный каталог периодики русского зарубежья
газета - Новое русское слово
газета - Наше Время
Русский клуб
Родина - г. Ховелл, штат Нью Джерси, Восточное побережье США
Поэзия русского рассеяния 1920 – 1977 гг., Эммануил Штейн
Фотогалереи

книга - «Поэзия русского рассеяния 1920 – 1977», Эммануил Штейн, Издательство «Ладья», 1978 г.
Елена Ивановна Имшенецкая (урожд. Ковылина)
Мария Владимировна Имшенецкая (урождённая - Ган)



Dordopolo